Семьдесят лет назад закончил свою работу XIX съезд ВКП(б), который стал последним съездом в жизни Сталина. Чем это событие интересно сегодня?

• Во-первых, кроме широко известных фактов, за кулисами форума происходили процессы, которые до сих пор можно отнести к «загадкам истории», а всякая загадка – повод попробовать в ней разобраться.
  
• Во-вторых, событие «рифмуется» с днём сегодняшним историческим контекстом – в разгаре Корейская война, на которой происходит реальное, хотя и негласное, столкновение вооружённых сил США и СССР.
  

В небе над Кореей МиГи-15 сбивают бомбардировщики Б-29, военно-техническое соревнование двух систем в апогее, очевидна угроза ядерной войны. Как и сейчас, страна находится под прессингом «мирового сообщества», действующего через площадку ООН. Кроме того, мир точно так же сталкивается с «причудами глобализации», которая в те годы называлась «мондиализмом» – очередное благое намерение человечества, которое можно использовать в конкурентной борьбе стран и систем. Добавьте к этому преимущества Запада, полученные в результате внедрения Бреттон-Вудской финансовой системы, диктат доллара и с «поправкой на ветер», с учётом особенностей эпох, вы увидите в событиях 70-летней давности если не кальку, то повод провести параллели.Пунктирно отметим общеизвестное. С отчётным докладом ЦК выступил на съезде не сильно постаревший вождь, а второй секретарь ЦК Г. Маленков, что заставило многих предположить, кто станет наиболее реальным преемником Сталина в исторической перспективе.Кроме того, на съезде были приняты «Директивы пятилетнего плана развития народного хозяйства СССР на 1951–1955 гг.», обозначившие рост отраслей группы «А» (производства средств производства) и группы «Б» (производства средств потребления) на 13 и 11%. И наконец, на основании доклада Н. Хрущёва объявлена реформа партаппарата, принят новый устав, изменено название партии – ВКП(б) стала КПСС.В последний день работы съезда на его утреннем заседании выступил сам Сталин. Его короткая и, казалось бы, сугубо приветственная речь содержала ряд важных установок. Суть их была выражена предельно чётко и лаконично:

в условиях заметного роста реакционности мировой буржуазной системы необходимо резко активизировать тактику «единого фронта» всех рабочих и коммунистических партий в борьбе с ней;

в условиях холодной войны, развязанной ведущими империалистическими державами во главе с США, одной из главных задач мирового коммунистического и рабочего движения является «борьба за мир во всём мире» и разоблачение агрессивной политики империалистов;

в условиях нового этапа буржуазной глобализации (то есть пропаганды и ползучей реализации идей мондиализма, в том числе через Бреттон-Вудскую финансовую систему) знамя национальной независимости и государственного суверенитета, ныне выброшенное за борт реакционной буржуазией, «продающейся за доллары», должны поднять коммунистические и рабочие партии, ибо «больше некому его поднять».
В последний день работы съезда состоялся пленум вновь избранного состава ЦК, на котором произошли кардинальные перемены в организации и персональном составе высшей партийной власти:

• были ликвидированы Оргбюро и Политбюро ЦК и создан новый высший орган партии – Президиум ЦК КПСС;
  
• в его состав избрано беспрецедентное количество представителей партийно-государственной номенклатуры – 25 членов и 11 кандидатов, в том числе относительно молодые работники партийно-государственного аппарата республиканского и областного уровней – Семён Игнатьев, Леонид Брежнев, Леонид Мельников, Демьян Коротченко, Василий Кузнецов и другие, а ещё авторитетные руководители из числа легендарных «сталинских наркомов» и крупных управленцев – Пантелеймон Пономаренко, Вячеслав Малышев, Иван Тевосян и др.;
  
• внутри Президиума ЦК создано Бюро Президиума ЦК, в котором, по мнению многих историков, было узаконено новое «узкое руководство» страны – так называемая девятка в составе Сталина, Маленкова, Берии, Булганина, Хрущёва, Ворошилова, Кагановича, Первухина и Сабурова. Причём, как установили ряд историков, кандидатуры Ворошилова и Первухина появились в списке в самый последний момент, накануне закрытия съезда. При этом нетрудно заметить, что в состав «узкого руководства» впервые не вошли Молотов, Микоян и Андреев. Последний – сталинский соратник, входивший в состав Политбюро ровно 20 лет, сам попросился на покой по причине полной глухоты, а двое других опять оказались в опале, правда, на сей раз куда более серьёзной и опасной, чем прежде.
  

Как свидетельствуют ряд мемуаристов, в частности выдающийся советский писатель Константин Симонов, на этом пленуме Сталин выступил с большой и крайне резкой речью, которая произвела на всех присутствовавших эффект разорвавшейся бомбы.

• Во-первых, ввиду своего возраста и состояния здоровья он попросил членов ЦК об отставке со всех занимаемых им постов, что с подачи Маленкова, который вёл заседание, в самой категорической форме было немедленно отвергнуто всеми участниками пленума.
  
• Во-вторых, объясняя новым членам ЦК недавние отставки Молотова, Микояна, Кагановича и Ворошилова, Сталин заявил, что «работа министра – это «мужицкая работа», которая «требует больших сил, конкретных знаний и здоровья».
  
• В-третьих, поясняя столь существенное расширение персонального состава ЦК, вождь прямо заявил, что на смену «нам, старикам» должны прийти свежие силы, «в чьи руки мы вручим эстафету нашего великого дела». А для этого нужно вырастить и воспитать «на практических делах и в повседневной работе» политического, государственного деятеля, для чего потребуется «не менее десяти, а то и все пятнадцать лет».
  
• Наконец, в-четвёртых, он разразился беспрецедентно жёсткой критикой и даже руганью в адрес двух старейших членов высшего партийного руководства – Молотова и Микояна, которые, будучи избранными в состав Президиума ЦК, впервые не вошли в состав руководящей девятки.
  

Надо сказать, что столь беспрецедентное расширение состава Президиума и Секретариата ЦК до сих пор остаётся одной из трудноразрешимых загадок истории. Одни авторы предполагают, что Сталин таким «иезуитским способом» готовил новый грандиозный политический процесс над рядом старейших членов Политбюро, в частности над Молотовым, Микояном, Ворошиловым и, возможно, Берией, и стремился таким своеобразным способом закамуфлировать неизбежные и очень скорые перестановки в верхних эшелонах власти. Другие авторы уверяют, что обновлённые высшие партийные органы должны были стать своеобразным инкубатором для выращивания новых руководящих кадров.Как бы там ни было – события 1952 года, если принимать во внимание исторические детали и подробности, убедительно доказывают безосновательность сложившегося в общественном сознании стереотипа – о безграничной власти Сталина. Попытка представить исторический процесс как волю одной персоны – это упрощение, вульгарный взгляд на прошлое. За действиями и решениями каждой исторической личности – множество привходящих обстоятельств, интриг во властных структурах, геополитические резоны, военно-технические соображение и т.д. и т.п. И, конечно, не исключение – исторический процесс, который мы с вами наблюдаем сегодня. Он не укладывается в наивные схемы, не исчерпывается упрощёнными трактовками, а требует взвешенного и вдумчивого анализа.

Евгений Спицын, историк